Автоматическое правосудие

— Александр Юрьевич, каково на сегодня состояние системы, измеряющей загрязненность воздуха на территории Свердловской области?

— Нынешнее законодательство позволяет субъекту федерации создавать собственную систему экологического мониторинга. И в Свердловской области существует своя концепция экологической безопасности до 2015 года. В ее рамках с 2005 по 2008 годы запланировано обеспечить размещение и эксплуатацию автоматизированных постов контроля качества атмосферного воздуха в городах с неблагоприятной экологической обстановкой. На сегодня в Первоуральске, Нижнем Тагиле, Каменске-Уральском и Краснотурьинске установлено по одному измерительному комплексу «Скат» для мониторинга атмосферного воздуха. До конца этого года аналогичные приборы будут установлены еще в трех городах: Екатеринбурге, Верхней Пышме, Асбесте. А в следующем году будут установлены еще пять.

— Что такое комплекс «Скат»?

— Он обеспечивает непрерывное автоматическое измерение, сбор, обработку, регистрацию и передачу по телефонному каналу результатов измерения концентраций основных атмосферных загрязнителей: оксида и диоксида азота, оксида и диоксида серы, оксида углерода. Для двух городов измеряются и специфические загрязняющие вещества: для Нижнего Тагила — аммиак, для Каменска-Уральского — фтористый водород. Каждая станция делает по 72 измерения в сутки.

Данные с этих комплексов поступают к нам, в муниципальные образования, в Росгидромет. Затем они обрабатываются, и каждый квартал мы делаем отчет по загрязнению атмосферного воздуха, размещаем его на сайте министерства природных ресурсов Свердловской области и в журнале «Экономика и экология». То есть, они являются общедоступными.

— Как давно действует эта система?

— С 2003 года. В Российской Федерации мы стоим на третьем месте после Москвы и Санкт-Петербурга по внедрению высокотехнологичных методов мониторинга окружающей среды. Хочу заметить, что все работы финансируются за счет областного бюджета.

— Насколько совершенна эта система?

— Ее слабым местом является программное обеспечение. Сегодня все данные обрабатываются человеком. К тому же мы не можем точно определить виновника загрязнения. Не так давно у нас в центре проходила конференция, где профессор из Санкт-Петербурга Александр Гаврилов предложил проект новой системы, которая автоматически будет запрашивать данные со станций и обрабатывать их. Также с определенной долей вероятности можно опознать виновника загрязнения. Эта система будет опробована в Каменске-Уральском, потому что в этом муниципальном образовании есть так называемый том ПДВ (предельно допустимых выбросов) в электронном виде, то есть, учтены все источники загрязнения и рассчитана концентрация загрязняющих веществ для города.

— Решение по внедрению системы уже принято?

— Нет. В 2008 году продолжится ее разработка.

— Александр Юрьевич, каков опыт взаимодействия Центра экологического мониторинга и контроля с природоохранными органами? Данные данными, но ведь и виновников наказывать нужно.

— На сегодня опыт взаимодействия не очень эффективен. Например, по нашим данным в загрязнении виновато предприятие федерального подчинения. Мы обращаемся в Ростехнадзор, который контролирует это предприятие, с просьбой провести расследование. Но расследование не выявляет виновных, поскольку зачастую выбросы происходят ночью, когда установить виновных не представляется возможным. Упомянутое выше программное средство и разрабатывается для восполнения таких недостатков системы мониторинга.

— И как называется это предприятие?

— Расследование не показало, что именно оно виновно в загрязнении. Поэтому назвать я его не могу.

—Насколько остро для Екатеринбурга стоит проблема выбросов с предприятий соседних городов. Например, с ревдинского Среднеуральского медеплавильного завода?

— Проблема трансграничных выбросов серьезна. Крупнейшим загрязнителем является даже не СУМЗ, а рефтинская ГРЭС. И не только в Свердловской области, а вообще в Европе! Порядка 26,2% выбросов на Среднем Урале поступают с этой ГРЭС. А, например, с Нижнетагильского металлургического комбината — 7,3%, с СУМЗа — 2%.

— Нам, жителям Свердловской области, по большому счету все равно, какие системы и как измеряют загрязненность атмосферного воздуха. Нам важно - становится ли чище в итоге от вашей работы?

— В 2006 году объем выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух от стационарных источников в целом по области составил 1287,3 тыс. тонн, это на 57,7 тыс. тонн больше (на 4,7%), чем в 2005 году. Но при этом хочу добавить, что в условиях беспрецедентного роста экономики области, а это порядка 10% ежегодно, экологическая обстановка в регионе остается стабильной, в течение нескольких последних лет наблюдается снижение удельных показателей негативного воздействия на 1 рубль валового регионального продукта. Это позволяет в дальнейшем развивать экономику такими же темпами.

— Один из главных загрязнителей атмосферного воздуха в мегаполисах — автомобили. Как вы способствуете решению этой проблемы?

— Мы ежегодно проводим операцию «Чистый воздух», предусмотренную планом мероприятий по реализации Концепции экологической безопасности Свердловской области. Ее цель — заставить предприятия транспортно-дорожного комплекса соблюдать природоохранное законодательство. В этом году операция проводилась с мая по сентябрь в 51 населенном пункте области. По итогам проверок было оштрафовано 145 должностных лиц, 979 водителей на сумму 182 600 рублей, 8 материалов передано в органы прокуратуры, 6 материалов - в суд.

Выбросы от автомобильного транспорта по данным за 2006 год достигли 610 тыс. тонн, это 32,2% от суммарных выбросов загрязняющих веществ в атмосферу по области. В крупных городах, таких как Екатеринбург, Нижний Тагил, Каменск-Уральский, Первоуральск, этот показатель превышает 90%. По сравнению с 2000 годом в 2006 году валовые выбросы от автотранспорта увеличились на 52,9%.

Дело в том, что за пять лет количество автотранспорта в Свердловской области возросло почти на 43%. Сегодня во многих семьях по две-три машины. Загрязнение воздуха — это обратная сторона роста благосостояния свердловчан.

— И что же, перестать покупать автомобили?

— Нет, нужны другие меры. Повышение технического уровня изготовляемых и ввозимых в Россию автомобилей, а также перевод автомобилей на более экологичное топливо, запрет въезда большегрузных транзитных автомобилей в города, ограничение въезда в центр городов автомобилей ниже стандарта «Евро-2», борьба с некачественным бензином, содержащим свинец — это сильнейший загрязнитель, влияющий на здоровье горожан.

Такие вопросы надо решать экономически. Например, результаты госнадзора за 10 месяцев этого года показали, что на территорию Свердловской области в значительном количестве (около 35%) продолжают поступать некачественные нефтепродукты. Проблема в том, что штрафы за продажу некачественного бензина мизерные, а прибыль огромная. Нужно менять систему штрафов.

— Что вы имели в виду под экологически чистым топливом?

— Во-первых, газ: сжиженный и компримированный. Во-вторых, давно известны смеси с этиловым спиртом. По данным ученых УГТУ-УПИ, добавления даже 5% спирта в некоторые виды топлива повышает уровень их качества до стандарта «Евро-5».

—Почему же люди не используют такое топливо?

— Нет экономической стимуляции. У нас только установка газоболонного оборудования стоит не менее одной тысячи долларов. Газ должен стоить, как минимум, в два раза дешевле бензина. При этом нужна разветвленная сеть станций заправок сжиженным газом. Иначе человек встанет на трассе. Вот в Европе есть специальные дороги, они называются «зеленый коридор», на которых установлены станции по заправке газом.

Перевод автотранспорта на альтернативные виды топлива снизит канцерогенную опасность в 256 раз. Казалось бы, какие еще нужны аргументы? Но люди начнут использовать газ тогда, когда им это станет выгодно.

Кстати, власти Свердловской области несколько раз обращались в федеральное правительство с просьбой разработать и принять программу, которая бы стимулировала перевод автотранспорта на альтернативное топливо. Госдуме предлагалось принять закон о снижении негативного воздействия автотранспорта на атмосферный воздух. Надеемся, что дело сдвинется с мертвой точки. В противном случае очень скоро будет достигнут критический предел.